Название этого парка осталось от старого сад/огорода, разбитого здесь 350 с лишним лет назад голландцем Яном ван Рибеком (первым губернатором поселения). И сейчас мы там увидели грушу, посаженную тем самым Рибеком. Эта старушка-груша окружена оградой, чтобы к ней близко не подходили; ее стволы-ответвления поддерживают большие металлические "костыли", упирающиеся в землю, а центральный ствол дерева, вообще, удален "хирургическим" путем за невозможностью дальнейшего существования.


И тем не менее, как утверждает вывеска, эта груша до сих пор цветет и плодоносит в положенное для нее время. Вот на такой реликт мы там наткнулись.

Но это было не сразу. А сразу нам на глаза попались лежащие на газонах люди. Такую картину в Европе можно увидеть сплошь и рядом, потому что газоны являются не только украшением скверов и площадей, но и местом отдыха. Здесь же, мне показалось, что это был не просто отдых; это был сон; это была часть жизни; часть жизни на улице. Поэтому появилось гнетущее впечатление, которое сам парк развеять не смог.


Фонари, горящие среди бела дня, - это тоже злободневная реальность Кейптауна (и наверное, всей ЮАР, в целом). А может так ЕЩЁ светлее? Ну, да ладно.


Есть в этом парке много чего примечательного, о чем хочется рассказать, вне зависимости от темных и свет-лых его сторон.

Например вот, растет здесь огромное дерево с "расплетающимся" (или "заплетающимся") стволом, которое оказалось фикусом. Его листья были действительно похожи на листья домашнего фикуса (только заметно меньше), зато ствол представлял из себя нечто невообразимое.


Еще нам попалось какое-то дерево (именно дерево, а не куст) с цветущими "розами". Листья у него были такие лощеные, вечнозеленые; бутоны ничем не отличались от роз; раскрытые цветы напоминали небольшие пионы; запаха у цветов не было никакого. Оказалось, что это -- камелия. Она особенно бросалась в глаза на фоне полуоблетевшего-полупожелтевшего (причем очень ярко) дерева.


Рождественский куст (по соседству с камелиями) полыхал "огнем".


Еще нас удивило высоченное алое-дерево. В табличке рядом говорилось, что оно может достигать 17 метров в высоту. И, по-моему, оно их уже достигло.

Белки, в невероятных количествах, бегали там прямо под ногами; совершенно непуганые, но неприметно серые. Зная о их существовании, мы прихватили с собой семечки, чтобы было, чем угостить. И, действительно, они охотно подбегали к протянутым в руке зернам и к удовольствию детей набивали себе семечками полные щеки.


Голуби тоже, прознав о халявных семечках, слетелись чуть ли не со всего парка, норовя усесться чуть ли не на голову. Но и потом, когда подача семечек прекратилась, они продолжали ходить за нами всем колхозом, не давая спокойно шагу ступить.


Кроме ботанических изысков в Company's Gardens сосредоточены и такие общечеловеческие ценности, как произведения литературы и искусства, которым отведены, соответственно, здания библиотеки и Национальной художественной галереи.


Еще есть планетарий и музей Южной Африки, которые непременно дождутся нас.