Этот март порадовал нас практически с первых своих дней, когда к нам после трёхлетнего перерыва прилетела на каникулы из Германии наша донюшка. Благодаря этому многие полюбившиеся места вновь увидели наши следы, а в копилке наших путешествий появились новинки.


Впервые мы решили устроить себе отдых не в саду под пальмой, а шагнуть за свой порог и снять хоть и небольшой домик, но прямо на побережье, причем даже не Атлантического (что под боком), а Индийского океана. Впервые узнали про заповедник Ванхойзкранц (Waenhuiskrans) в Арнистоне (Arniston) и побывали в нем. Впервые попробовали незнакомую до сих пор рыбу - желтохвостку (yellowtail). Во время этой поездки выдался один из тех редких дней, когда мы смогли поплескаться в океане. Обычно температура воды не дает в нее даже войти.


Но... начну все по порядку.

Выехав из дома вполне себе погожим днем, по дороге мы встретились с облаками, с которыми и добрались до места нашей стоянки в поселке Игольный (L'Agulhas) на берегу Индийского океана, где зарезервировали себе на три ночи небольшой коттедж в самой южной точке Африки - на мысе Игольном (Cape Agulhas).

Мыс этот получил свое название от португальских мореплавателей, которые в XV веке активно бороздили просторы океанов в поисках благословенной Индии, открывая по пути новые земли, мысы, заливы и острова. Добравшись до нее, на обратном пути они вдруг "споткнулись" о незнакомый им мыс, в районе которого стрелка компаса своим острым концом указывала точно на север, чему способствовала исключительно природная магнитная аномалия. Так, недолго думая, они и окрестили этот мыс Игольным.

Вполне логично, что выросшее в этом месте поселение тоже стало Игольным (L'Agulhas), но не колючим, а очень даже гостеприимным.
Наше пристанище расположилось на холме в окружении таких же "из ларца одинаковых с лица" близнецов.


Уютная общая гостиная-студия располагала к совместному проведению времени, как за едой, так и досугом.


В спальнях царила та спартанская атмосфера аскетизма, которая способствовала раннему пробуждению, чтобы не сидеть в четырех стенах, а испить полной чашей коктейль из солнца-воздуха-воды, за которым мы сюда приехали.


Видимый с крыльца нашего домика маяк в ночное время рассекал своим взглядом кромешную темень, со строгой периодичностью оглядывая своим лучом нашу крохотную гостиную, исправно выхватывая из темноты то рифы кресел, то островок стола, то гавань кушетки...


Пасмурный вечер сменился солнечным утром, в свете которого побережье заиграло яркими радостными красками.


Игольный берег оправдывал свое название острозубыми гребнями камней.


По таким шипам ни в воду зайти, ни выйти из нее было невозможно. Зато в соседнем поселке Струисбай (Struisbaai), что с африкаанса переводится, как Страусиный Залив, песчаная коса протянулась за горизонт и дальше... на целых 14 км, став просто безразмерным пляжем.


Вот туда-то мы и отправились.


И, надо сказать, не мы одни...


На первый взгляд, могло бы показаться, что тут собралось пол-Китая. Но(!) это если взглянуть лишь на ничтожный клочок пляжа. Вместо того, чтобы пройти лишних двадцать-тридцать метров, народ сбивался в кучу буквально в двух шагах от входа. Поэтому в нашем распоряжении оставалось целых 13 км 965 метров...


Кроме огромного песчаного пляжа, в Страусином Заливе обосновался совсем крохотный порт, куда каждый день исправно приплывали рыболовецкие суденышки с обильным уловом, который вмиг разлетался по ближайшим кафе и ресторанам.


Одним из таких кафе оказался "Пеликан", угнездившийся в трех шагах от пирса и сделавший основой своего рациона именно поставляемую рыбаками добычу, которую мы с удовольствием попробовали.
Помимо прописанных в стандартном меню блюд, там висела небольшая "школьная" доска, на которой мелом под словами "улов дня" каждый день прописывалось название рыбы, оказавшейся в "клюве" "Пеликана". В основном, это были желтохвосты, с которыми мы познакомились очень близко и не расставались уже до самого отъезда.


Но... не рыбой единой порадовала нас эта поездка.

Свое знакомство с побережьем Индийского океана мы не стали ограничивать Струисбаем и на следующий же день двинулись дальше на восток -- в Арнистон (Arniston), пригревшийся на берегу залива Маркус.
Арнистон такой же небольшой поселок, как Струисбай и Игольный, бывший когда-то простой рыбацкой деревушкой Ванхойзкранц (Waenhuiskrans), пока в 1815 году возле нее ни затонул корабль Ост-Индской кампании -- Арнистон, следовавший в Англию с острова Цейлон. Плохая погода в сочетании с экономией на надежных навигационных приборах того времени привели к гибели почти всех находящихся на борту людей. Из 378 пассажиров спаслись только 6 человек.
В связи с этой трагедией неприметно жившее до тех пор поселение Ванхойзкранц стало так часто упоминаться вместе с названием этого корабля, что со временем само превратилось в Арнистон, а "кольцо жилых повозок", как переводится с африкаанса столь мудреное слово "Ванхойзкранц", сохранилось только за нежилой песчано-скалистой частью местности, которая относительно недавно стала заповедником, куда мы, собственно, и приехали, узнав о находящейся в нем прибрежной пещере.


Оказавшись у входа в заповедник, мне на ум пришли слова известной песни "вода, вода... кpугом вода..." в собственной обработке "песок, песок... кругом песок..."
Повесив кроссовки себе на плечи, мы отправились бороздить сыпучие дюны песчаного океана.


Но, справедливости ради, должна сказать, что и вода была недалеко, хотя и не кругом.


К тому же у воды расположилась та самая пещера, из-за которой мы и затеяли эту маленькую экспедицию.


Да только вход в нее был надежно прегражден водой. Было время максимального прилива, который на совесть блокировал подступы к пещере.


Поэтому мысль побывать здесь во время отлива прочно и цепко засела в голову и отправилась с нами на пляж, который из-за прилива тоже оказался труднодоступным вдоль береговой линии. Это ничуть не остановило, а скорее вдохновило нас. Вставшая на нашем пути каменная гряда бросила вызов. Но мы-то... ведь не привыкли отступать! И отважно двинулись преодолевать полосу препятствий. Накатывающие волны прилива с головой захлестнули Алешин мобильный телефон, которому такого "душа" оказалось достаточно, чтобы окончательно и бесповоротно выйти из строя.


Вот так и пролетело время нашего отдыха на побережье Индийского океана. Живописным утром мы простились с местом нашего обитания,


чтобы когда-нибудь снова вернуться на пост двух океанов...