Сидеть дома - занятие немыслимое и недопустимое в двух случаях:
если пришла весна и если она еще не ушла. Особенно, если улыбается солнце и
в воздухе пахнет дорогой, которая зовет туда, где пышность природы не знает
границ. В эту пору ее щедрость выплёскивается даже на пустыни, которые на
неделю-другую покрываются ковром из цветов, чтобы потом до следующего
года опять погрузиться в серую бесцветность. А что уж говорить о местах,
которые во всеоружии подготовились к цветочному сезону, отведя обширные участки
для королев цветения всех времен и народов - РОЗ...
Да, да! Мы опять поехали в Фергелеген.
Молодая зелень радовала глаз.
Перед центральной усадьбой чего только ни цвело...
Розы в приусадебном саду только набирали силу, вспыхивая отдельными
"лампочками" тысячелепестковых :-) бутонов.
Конечно, природе до такой многолепесковости этих цветов еще есть куда расти,
а вот люди не стали дожидаться этой милости и сами вывели во Франции такой
сорт, который запросто может похвастать сотнею лепестков.
Я ничуть не сомневаюсь, что эти сотнелепестковые красотки давно
добрались до Южной Африки и неописуемым ковром раскинулись в Саду Роз
(Rose Garden), где мне посчастливилось с ними встретиться. Конечно,
поверять гармонию алгеброй среди этого буйства весны было бы верхом
бессмысленности, на который я и не стала взбираться.
С давних пор розы притягивали поэтов, художников, учёных... Японцы даже
смогли удивить мир розой "Хамелеон", чьи ярко-красные днем лепестки
превращаются в белые вечером. И уж, конечно, ярко-красных роз нам здесь
тоже попалось немало, но ждать вечера, чтобы узнать: а не "хамелеоны"
ли они?, - мы не стали.
Да и зачем? Когда белых роз хватало среди дня.
Только синих роз нам там, правда, повидать не удалось. Хотя те же японцы,
убив кучу времени (14лет) и долларов (28 млн), в 2009 показали миру
фиолетово-синий цветок этого растения, добавив в обычные розы гены
анютиных глазок и ириса.
Зато лилий и их подобия разных форм и оттенков, которые придумала
сама природа, цвело в этом парке в большом количестве.
Раскидистыми букетами сад центральной усадьбы украшала перуанская лилия или,
как ее еще называют, лилия инков. Само название ее говорит, что европейское
знакомство с этим цветком состоялось благодаря открытию Америки, точнее
говоря, Америки Южной. Может, потому что в Африке не искали? А может сюда
эта, выражаясь заковыристым языком ботаники, альстромерия попала уже через
Европу?... Как бы то ни было, всем своим видом она тоже говорила: "весна идет,
весне - дорогу"...
Дальше мы отправились нехожеными раньше тропами, благодаря чему нам открылись
и древовидные папоротники,
и колонноподобные заросли бамбука,
и нежные цветки лотоса, украсившие гладь Сада Отражений своей
неотразимостью,
и новые аллеи камелий, которые давно уже отцвели,
пока, в конце концов, мы ни пришли к гигантскому трёхсотлетнему дереву
Yellowwood (к сожалению, в русском языке я не нашла ему аналога), чей
шатёр не перестает меня восхищать.
Внутри его "входной" кроны незаметно приютилась скамейка, приглашая
задержаться, расслабиться и проникнуться тем чудом природы, под сенью
которого довелось оказаться.
Но... внезапно тишину и покой этого места нарушил все нарастающий шум,
который мощным ревом пропеллера зазвучал прямо над головой, выманив
нас из зелёного укрытия. Это на ближайшую лужайку, размером с маленький
аэродром, приземлялся вертолёт. Тут мы поняли, что попав на начало этого
зрелища, просто-таки надо дождаться его развязки, которая не заставила
себя долго ждать.
|
Оказывается, в Фергелеген можно не только приезжать,
но и прилетать (если позволяют средства).
В открывшуюся дверь стала быстро загружаться какая-то семья (или две) с
детьми, с покрывалами и пикниковыми корзинками. Провожавший их мужчина,
помахал им рукой, после чего дверь вертолёта закрылась, он взлетел и полетел
уже в другом направлении. А мы пошли к очередной аллее камелий, которая вдоль
реки вела назад, к выходу. Со стороны этой аллеи Yellowwood-шатёр можно было
увидеть во всем его размахе и величии. Для сравнения я стала возле его кроны
и теперь... вы своими глазами можете увидеть всю неохватность и
красоту этого творения природы.