Год бежал на месте. Мир заперся в своих домах. Прозвучавшее в начале года слово "эпидемия" очень быстро стало "пандемией". Новости о COVID-19 походили на сводки военных действий: сколько людей заболело, скольких не стало, какие страны захлестывает волна новой инфекции, какие страны захлебываются криком о помощи.
Такой яркий, большой и, казалось, надёжный мир перевернул вверх дном микроскопический невидимый вирус. Искры инфекционного пожара разлетались по странам и континентам, пока это пламя не поглотило весь мир. Закрылись аэропорты и вокзалы, стройки и заводы, школы и университеты... Наша обсерватория не стала исключением. С конца марта опустился занавес, который только в июле-августе стал робко приподниматься.
В наши края приближалась весна. Дни становились длиннее, солнце ярче, а воздух теплее. Одно за другим стали открываться туристические места, заповедники, парки, включая ботанический сад... конечно, со всеми мерами предосторожности. Тем не менее... люди, уставшие от окружавших их стен, ограниченности пространства и общения, потоком хлынули на просторы вновь открытых возможностей.
Сезон цветения и нас позвал в дорогу, в приютившийся на побережье заповедник с говорящим за себя названием West Coast National Park (Национальный парк Западного побережья). Как показал опыт, не нас одних...


Задолго до поворота к заповеднику мы увидели вереницу машин, цепочкой растянувшуюся за краем проезжей части. Встав поначалу в хвост этой колонны, мы там долго не задержались. Проснувшееся любопытство снова вытолкнуло нас на дорогу, чтобы понять перспективы нашего въезда в заповедник. Доехав до поворота ко въезду в West Coast, нам стало жалко терять время, которое неминуемо предстояло бы провести в очереди в такой теплый солнечный день. Поэтому мы развернулись и отправились обратно, решив приехать туда в другой день пораньше.
При моей большой любви к точным цифрам я не могла не отметить показания на счётчике километража после нашего поворота на 180 градусов от начала колонны. Когда мы проехали мимо последней машины, стоявшей в очереди на въезд, счётчик показал на один километр(!) больше. Да, да... мы реально увидели километровую очередь и порадовались, что не остались покорно в ней стоять.
Тем не менее в мир цветов, хотя и довольно своеобразных, мы все равно попали.


Дело в том, что еще по пути в West Coast, по другую сторону дороги мне на глаза попался какой-то удивительно красивый "парк", в который хотелось заглянуть на обратном пути.


И так как в заповедник мы все равно не попали, то были все резоны поближе познакомиться с новым местом красоты. Им оказался намибийский садовый кактусовый питомник (Namib Garden Cactus Nursery).


Кроме кактусов, там полным-полно было всевозможных сочнолистых растений, которые из-за своей неприхотливости разбрелись по всем континентам, кроме Антарктиды. Благодаря своей способности накапливать и задерживать в себе влагу они легко приспособились к жизни в засушливых местах.


Эта группа растений получила название - суккуленты. И кактусы - одни из них. Я не зря суккуленты назвала группой, а не видом, потому что к ним относятся по разным оценкам от 10 до 15 тысяч видов. И всех их объединяет не какое-то общее происхождение, родство или внешний вид, а схожие условия обитания, их способность расти в условиях, непригодных для жизни других растений. Рекордсмены по выживаемости способны продержаться без воды до двух лет.


В числе самых известных нам суккулентов, наверно, алоэ занимают первую строчку. О целебных свойствах алоэ впору сочинять оды. В своем детстве я их видела в каждом доме, где мне доводилось бывать. Мне и самой мама часто закапывала нос соком алоэ, чтобы быстрее справиться с простудой. Ну, а в Африке я их увидела таких размеров, которые одомашненным видам даже не снились. Но этот питомник нашёл, чем удивить, и помимо алоэ.


Довольно распространенное мнение, что в суккулентах нашли своё отражение сто оттенков зелёного, в этом их царстве было моментально развеяно. Такого удивительного разнообразия мне до этого дня видеть не приходилось.